Детская энциклопедия




Меню сайта




Реклама











Н. В. Гоголь

(1809—1852)

Имя молодого писателя Николая Василь­евича Гоголя стало широко известным в 1831 — 1832 гг., после выхода в свет двух частей его книги «Вечера на хуторе близ Диканьки». Во­семь повестей, из которых состояли обе части,— совершенно новое явление в русской литера­туре. Со страниц этих повестей повеяло ды­ханием подлинной народной жизни. Они осно­ваны на украинском народном творчестве — сказках, песнях, на народных поверьях, а так­же личных впечатлениях Гоголя об Украине. «Вечера на хуторе близ Диканьки» поразили читателей романтической яркостью и свеже­стью художественных красок, превосходны­ми картинами украинской природы, удиви­тельным знанием быта и нравов простых лю­дей, наконец, замечательно тонким юмором.

Еще большее признание принесла Гоголю вышедшая несколько лет спустя книга «Мир­город». В ней проявились новые черты заме­чательного таланта писателя. В изображении тихой и спокойной жизни старосветских поме­щиков, наполненной трогательными заботами друг о друге и мелкими хозяйственными хло­потами, жизни пустой и бессодержательной, впервые смех Гоголя зазвучал затаенной скор­бью. Еще грустнее гоголевский смех в «Повести о том, как поссорился Иван Иванович с Ива­ном Никифоровичем». Печальным аккордом зву­чат последние слова этой повести: «Скучно на этом свете, господа!»

И содержанием, и характерными особенно­стями своего стиля «Миргород», по существу, открывал новый этап в творческом развитии Гоголя. Он выступил здесь как художник-реа­лист, открыто и гневно ставящий острые воп­росы жизни, смело вскрывающий социальные противоречия современности.

Важное место в творчестве Гоголя занимает его цикл петербургских повестей. Особое зна­чение имела повесть «Шинель» — гуманный про­тест против социальной несправедливости, стра­стный голос в защиту «маленького человека».

Наследие Гоголя нельзя представить себе без комедии «Ревизор», в которой великий писатель учинил публичную казнь смехом над чиновника­ми — казнокрадами, взяточниками, подхали­мами.

«Смех — великое дело, — писал Гоголь,— он не отнимает ни жизни, ни имения, но перед ним виновный, как связанный заяц».

После премьеры «Ревизора» в Александринском театре в Петербурге на Гоголя обрушились обвинения в том, что он выдумал в своей комедии небывальщину, оклеветал честное рус­ское чиновничество, государственную власть.

Ему угрожали Сибирью и кандалами. Извест­ный актер И. И. Лавров вспоминает характер­ный эпизод из истории театральной провинции 40-х годов прошлого века. Дело происходило в Ростове на представлении «Ревизора». Театр был набит до отказа. Спектакль почтил своим присутствием местный городничий. Уже в первых сценах ростовского городничего начало коробить. Едва кончился первый акт, как он взбежал на сцену и начал ругаться и кричать: как-де осмелились актеры стать соучастниками такого публичного пасквиля на начальство?! Разбушевавшемуся градоправителю попытались было внушить, что, мол, пьеса написана изве­стным писателем Гоголем и что ее представляют в столицах. Но он не унимался. Уязвленный градоначальник, по словам Лаврова, подал на актеров жалобу.

Еще большую силу обобщения приобрела сатира Гоголя в поэме «Мертвые души». Хищ­ник-стяжатель Чичиков, помещики Манилов и Собакевич, Ноздрев и Плюшкин, чиновники губернского города — все они страшны своей пошлостью. «Можно было с ума сойти, — писал Герцен, — при виде этого зверинца из дворян и чиновников, которые слоняются в глубочай­шем мраке, покупают и продают «мертвые души» крестьян».

Само уже заглавие поэмы таило страшное для всего крепостнического строя обобщение и носило в себе, по выражению Герцена, «что-то наводящее ужас».

Такое заглавие недаром привело в трепет московскую цензуру, не отважившуюся раз­решить публикацию этой книги. Петербург­ская цензура, правда, оказалась более подат­ливой, но она потребовала снять «Повесть о ка­питане Копейкине» или внести в нее существен­ные исправления, а также изменить заглавие книги на «Похождения Чичикова, или Мертвые души». Подобное название, по мысли цензуры, должно было придать похождениям Чичикова безвредный авантюрно-приключенческий харак­тер и притупить сатирическое жало гоголев­ского смеха. Но это не могло никого обмануть.

Ненавистному царству ноздревых, плюшкиных и собакевичей Гоголь противопоставлял свою любовь к России, веру в русского чело­века и восхищение им. «Русь! Русь! — писал он, — вижу тебя из моего чудного, прекрасного далека, тебя вижу: бедно, разбросанно и неприютно в тебе... Но какая же непости­жимая, тайная сила влечет к тебе?..» С необы­чайным патриотическим воодушевлением гово­рит он о безбрежных просторах России, о ее чарующей природе, о ее песнях, о живом, бойком уме русского человека, о «замашистом» и метком русском слове.

Не находя положительных образов в совре­менной ему действительности, Гоголь обратил­ся к прошлому — к истории героической борь­бы украинского народа за национальную неза­висимость. В повести «Тарас Бульба» перед чи­тателем проходят герои Запорожской Сечи — люди богатырского склада, преданные идеалам вольности. Они любят русскую землю и ненави­дят ее врагов.

«Тарас Бульба» — свидетельство порази­тельной разносторонности гоголевского гения. Ни один писатель мира не совмещал в своем твор­честве столь разнохарактерные художествен­ные краски в изображении сатирических и героических образов, как это мы видим в «Реви­зоре» и «Тарасе Бульбе».

«Все три всадника ехали молчаливо. Старый Тарас думал о давнем ... Сыновья его были заняты другими мыслями». Иллюстрация Е. А. Кибрика к повести Н. В. Гоголя «Тарас Бульба».

Историческая заслуга Гоголя, по определе­нию Белинского, состояла в том, что он «пер­вый взглянул смело и прямо на русскую дей­ствительность». Своеобразие его сатиры, в от­личие, скажем, от сатиры XVIII в., определя­лось тем, что она была направлена против «об­щего порядка вещей», а не отдельных лично­стей, дурных исполнителей закона.

Чернышевский однажды сказал, что, если слово писателя одушевлено идеей правды, стрем­лением к благотворному действию на умствен­ную жизнь общества, это слово заключает в себе семена жизни и оно никогда не будет мертво. Именно таким было художественное слово Гоголя.

Оно оказало громадное влияние на развитие отечественной литературы. Уже в 40-х годах, при жизни Гоголя, его влияние испытывали на себе писатели так называемой «натуральной школы». Начав в те годы свою литературную деятельность, Некрасов, Достоевский, Турге­нев, Григорович, Герцен и многие другие моло­дые писатели этой школы опирались в своем творчестве на художественный опыт Гоголя и развивали дальше реалистические традиции русской литературы.

Гоголь прожил недолгую, трудную жизнь. Он хорошо видел беды и несчастья своего народа и пытливо вглядывался в его будущее. Он был убежден, что Россия — «в дороге». С неотра­зимой мощью этот мотив всепобеждающего дви­жения вперед выражен в первом томе «Мертвых душ»: «Чудным звоном заливается колоколь­чик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух; летит мимо все, что ни есть на земле, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства».

Гоголь хотел видеть русский народ свобод­ным и счастливым. Вера в великое будущее своей родины, своего народа служила главным источником творческого вдохновения писателя.

Но свойственная Гоголю, по словам Черны­шевского, «теснота горизонта» мешала ему вер­но уяснить многие стороны современной жизни и сделать из них правильные выводы.

В последние годы жизни он выпустил реак­ционную книгу «Выбранные места из пе­реписки с друзьями», подвергнутую Белинским острой и справедливой критике. В духе этой книги Гоголь пытался писать второй том «Мерт­вых душ», но за десять дней до смерти бросил в печь рукопись. Случайно уцелело лишь не­сколько черновых глав. Судя по ним, лучшие страницы второго тома все же были созвучны первому.

Печальные обстоятельства последних лет жизни писателя нисколько не умаляют значе­ния совершенного им творческого подвига. Незадолго до смерти Гоголь писал: «Знаю, что мое имя после меня будет счастливее меня». И он оказался провидцем.

Похороны Гоголя вылились в волнующую манифестацию всенародной любви к великому писателю. Вся передовая Россия в глубокой печали склонила голову у гроба гениального сатирика.

Традиции Гоголя дали хорошие всходы в творчестве последующих поколений русских писателей.

Гончаров однажды сказал о Глебе Успен­ском: «Гоголь оставил ему в наследие не­сколько десятин своего великолепного име­ния — свой юмор...» Немало «десятин» гоголев­ского смеха унаследовали Щедрин и Чехов, Горький и Шолохов.

Смех Гоголя и сегодня не утратил своего обаяния и своей боевой силы. Он продолжает служить источником эстетической радости и вместе с тем замечательным оружием борьбы против всяческой ржавчины в сознании людей, всего того, что мешает нашему народу в его неудержимом движении вперед.





 
 
----------------------------------------------------
Календарь
«  Сентябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

Реклама

  • Новые статьи
    Каталог статей
    Как подготовить ребенка к школе
    Освоение навыков чтения
    Природные материалы на уроках труда

    Статистика




     
    Адрес почты Вопросы по рекомендациям, размещению рекламы и обратных ссылок обращайтесь pochta@enciklopediya1.ru
    2013 © 2017